Что мешает аграриям Якутии стабилизировать ситуацию в местном скотоводстве

Аграрное ведомство Якутии объявило одной из приоритетных задач в животноводстве рост качественных показателей. Количественные падают из года в год, порой по принципу «шаг вперед — два шага назад», и пока нет предпосылок к тому, что эта тенденция будет преодолена.

Стабильно наращивать поголовье удается только коневодам. В этой отрасли местные власти удачно совместили два главных стимула. В 2016 году в регионе было введено правило ежегодно выделять табунщикам 100 грантов по миллиону рублей на строительство коневодческих баз на неиспользуемых угодьях. А в придачу к деньгам — земля: «дальневосточный гектар» непосредственно под базу и еще по гектару в расчете на каждую лошадь. И дело пошло, да так быстро, что недалек день, когда по поголовью коневодство станет в регионе отраслью номер один.

Во все времена основой якутского села считалось скотоводство. Однако растущее число лошадей в табунах уже почти сравнялось с сокращающимся поголовьем крупного рогатого скота. Такого никогда прежде не было. И подобная смена приоритетов чревата очень серьезными последствиями.

Разведением лошадей сейчас занимаются около двух тысяч человек, и так называемого мультипликативного эффекта в плане занятости эта отрасль почти не дает. Дополнительные силы привлекаются разве что для того, чтобы построить базу и заготовить сено для весенней подкормки животных. С остальными делами табунщики справляются сами.

Основную работу селянам дают животноводческие фермы. Они приносят доход не только дояркам и скотникам, но и переработчикам молока и мяса, сезонной армии сенокосчиков и тысячам земледельцев, выращивающих кормовые культуры. Здесь даже поговорка есть: в якутском селе все крутится вокруг коровы.

Но теперь коровы отходят на второй план, и это влияет на все, что с ними связано. Неслучайно местные власти сейчас активно агитируют сельскую молодежь получать технические специальности и устраиваться на промышленные предприятия. На селе безработица уже зашкаливает за все мыслимые пределы, и фронт работ сокращается по мере того, как скукоживаются стада.

Министерство сельского хозяйства республики нашло в этом один положительный момент (тот самый рост качественного показателя): средняя удойность коров в прошлом году оказалась самой высокой за период с 1991 года. Это логично: чем меньше скота, тем больше кормов и ухода достается каждой буренке. Но валовый-то надой сократился.

Первопричиной всех проблем в скотоводстве является недостаток земель для производства кормов. Угодий свободных много, но они заброшены с совхозных времен и принадлежат кому угодно, но только не крестьянам и фермерам.

— Низкая доля собственников земель в лице самих сельхозтоваропроизводителей привела к тому, что пашня используется на 55 процентов, а сенокосные угодья — на 60. Эти цифры наглядно показывают, что большинство землепользователей не заинтересовано вкладывать долгосрочные инвестиции в повышение продуктивности сельхозугодий, — отмечает глава аграрного ведомства республики Александр Атласов.

Земля — основа всего. Из-за того, что она лежит без дела, снежным комом скатывается вниз благополучие селян. Свои угодья зарастают кустарником, а сено приходится завозить из Амурской и даже Магаданской областей.

В 2014 году глава региона (ныне сенатор) Егор Борисов предложил муниципалитетам ввести прогрессивный налог на неиспользуемые земли. Предполагалось, что владельцы таких угодий будут легче с ними расставаться, если их обяжут платить по ставке, увеличенной в 50 раз. С той поры проблема возврата земель в оборот не единожды поднималась на всевозможных совещаниях и круглых столах. Но на деле почти ничего не менялось.

Недавно, выступая на съезде Совета муниципальных образований, глава республики Айсен Николаев вновь призвал: — Необходимо развернуть масштабную кампанию по передаче сельхозугодий, находящихся в муниципальной собственности, в собственность или в долгосрочную аренду сельхозпредприятиям и крестьянским, фермерским хозяйствам. Необходимо также организовать работу по изъятию в судебном порядке неиспользуемых земель у неэффективных собственников.

Вряд ли стоит рассчитывать на то, что все муниципалитеты дружно и по делу отреагируют на очередной призыв. Видимо, нужен какой-то общий эффективный инструмент, который не ставил бы решение проблемы в зависимость от желаний муниципальных чиновников, а обязывал выполнять. Пока такого нет.

— Вот если бы государство требовало от хозяев продукцию соизмеримо с размерами их сельхозземель, то они бы или разводили скот, или как-то иначе использовали арендованные земли по назначению, — считает знаменитый в прошлом дояр, а ныне фермер, Герой Труда России, полный кавалер ордена Трудовой Славы Михаил Готовцев.

Между тем
15 лет назад на грани исчезновения в Якутии оказалось оленеводство. Когда число животных сократилось до 133 тысяч, спасать отрасль пришлось при помощи федеральных денег и контроля, а также моратория на забой домашних оленей. За несколько лет удалось нарастить поголовье до 200 тысяч. Но как только сняли мораторий на забой, оно вновь с ускорением поползло вниз. Сейчас отрасль опять приближается к опасной черте, от которой ее с трудом отодвинули: за пять лет стада оленей разредились на четверть.

Источник: agrovesti.net

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *